В Казани со 2 по 6 июля прошел XIII Конгресс антропологов и этнологов России, который проводит Ассоциация антропологов и этнологов России совместно с Казанским (Приволжским) федеральным университетом, Институтом истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан (РТ), Институтом этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН, при поддержке Правительства РТ. Главная тема конгресса – системы родства, связей и коммуникаций в истории человечества.
Участники конгресса на тематических симпозиумах обсуждали историографические традиции в этнологии и антропологии, междисциплинарные связи, антропологическое и этнологическое образование и просвещение, политические, социальные и культурные задачи и мониторинг межэтнических отношений. Особое внимание уделили методам исследования этнических и культурных взаимодействий, религии, межрелигиозным отношениям и этноконфессиональным процессам в духовном пространстве России. Актуальной темой стали проблемы мигрантов, диаспор и этнических меньшинств. От Института археологии и этнографии СО РАН в конгрессе приняли участие более десяти ученых, выступивших с докладами в нескольких секциях.
– Перед людьми современного мира стоит жесткий выбор: либо продолжать далее разрушать составляющие института семьи и иметь итогом гибель целых народов, в их числе одного из самых крупных – русского, либо принять духовное наследие предыдущих поколений, – заявила тему своего доклада «Обретение утраченного единства славянских народов Сибири» заведующая отделом этнографии Института археологии и этнографии СО РАН доктор исторических наук Елена Фурсова. – Полученная в ходе полевых изысканий рукопись в одной из поморских старообрядческих общин Новосибирской области «О родстве и его определении степеней, в коих разрешаются браки, и в коих запрещаются» (58 листов) является ярким подтверждением глубоко осознанного демографического поведения русских старообрядцев Сибири. Актуальность рукописи для старообрядцев, проживающих «фамильными кустами» (конфессиональными группами), не только в прошлом, но и сегодня несомненна, поскольку при заключении браков всегда вставал вопрос о «допусках брачного сожительства». Эти правила были фактором сохранения этнокультурной идентичности.
Доктор исторических наук Ирина Октябрьская рассказала о конфессиональной ситуации на примере Новосибирской области. В 2018 году в ней были зарегистрированы 262 религиозные организации, из которых 126 представляют Русскую Православную Церковь, 3 организации старообрядцев, 1 – Армянская Апостольская Церковь, 15 мусульманских организаций, 1 иудейская община, 5 буддийских организаций, 10 католических, 96 протестантских организаций, 2 – кришнаиты, 1 – бахаитов и 1 отделение Российского библейского общества. К 2019 году итогом развития государственно-религиозных отношений в регионе стало создание системы социального партнерства между органами власти и религиозными институтами на основе веротерпимости и уважения прав личности с целью обеспечения целостности и поступательного развития многоконфессионального сообщества, сохранения гражданского мира и согласия.
В своем докладе о родовой идентичности городских алтайцев сотрудник ИАЭТ СО РАН кандидат философских наук Аржана Чемчиева отметила, что многие века фундаментальным явлением для коренных народов Алтая являлся род – сеок (алт. сӧӧк – кость). В наши дни сеок, хотя и утратил часть своих функций, продолжает оставаться социально значимым в жизни коренных народов Алтая. Однако его роль неодинакова для сельских и городских алтайцев. В докладе приведен пример родовой идентичности северных (кумандинцы, тубалары, челканцы) и южных (алтай-кижи, теленгиты) алтайцев, проживающих в Горно-Алтайске. По материалам этносоциологического исследования городские только представители южных алтайцев обладают выраженной родовой идентичностью – 98,7% респондентов имеют четкое представление о своем сеоке.
В секции по антропологии охоты был представлен доклад заведующего Отделом геохронологии кайнозоя ИАЭТ СО РАН, доктора исторических наук Василия Зенина «Мамонтовая фауна как объект охоты населения Северной Азии».
– Cложно представить активную охоту на столь превосходящую человека размерами и мощью биологическую особь без использования огнестрельного оружия для дистанционного поражения, – отметил ученый в своей работе. – Анализ стратиграфических условий местонахождений, самих артефактов, патологоанатомических особенностей костных останков дает все основания для уверенного восприятия процесса охоты на мамонта как сочетания загонной и пассивной. Наиболее вероятен выбор старого, ослабленного или больного животного. Опыт авторов в исследовании охоты на основании археологических и этнографических источников Северной Азии (бассейны Оби и Енисея), в том числе применительно к отдаленно схожим объектам охоты (лось и медведь), подводит к заключению об однозначном превалировании загонной и пассивной охоты во времена существования мамонтовой фауны.
В секции по использованию современных технологий в этнографии доктор исторических наук Анна Майничева выступила с докладом, посвященным использованию информационных технологий в наглядном представлении объектов культуры. В этнографических исследованиях материальной культуры немалую роль играет не только сбор материалов, фото- и графическая фиксация, но и наглядное изображение предметов, зданий и сооружений для описания их характеристик и для дальнейших камеральных исследований. Современные информационные технологии предоставляют эту возможность. Такие инструменты и системы, как BIM, лазерное сканирование, ГИС, голография, продукты программного обеспечения (напр., AutoCAD, Revit) и пр. позволяют фиксировать и визуализировать данные, что обеспечивает полноценное исследование объектов материальной культуры без привлечения реальных предметов, зданий и сооружений. Уже разработана методика исследования крупноразмерных зданий и сооружений, в том числе полностью или частично утраченных.