А.Г. Козинцев
Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН Университетская наб., 3, Санкт-Петербург, 199034, Россия
Происхождение андроновского населения изучено с помощью подхода, основанного не на типологии, а на статистике. Поставлено четыре вопроса. Какие восточноевропейские популяции среднего и переходного периода к позднему бронзовому веку участвовали в сложении андроновских? Какой вклад в данный процесс внесли южные группы? Какова роль сибирского субстрата? Какова популяционная подоплека различий между главными культурными традициями — федоровской и ала-кульской? Для решения этих вопросов привлечены 12 мужских андроновских краниологических серий (девять федоровских и три алакульские), а также 85 серий из Восточной Европы, Сибири, Казахстана, Средней Азии, Закавказья и с Ближнего Востока. Данные обработаны с помощью канонического анализа. Построены минимальные остовные деревья. Анализ показал, что наиболее вероятные предки андроновцев — поздние катакомбники Северного Кавказа, полтавкинцы, синташтинцы и представители абашевско-синташтинского горизонта. Прямых параллелей с закавказскими, среднеазиатскими и ближневосточными популяциями у андроновцев нет, но южный компонент мог быть унаследован ими либо от абашевцев, либо от катакомбников. В первом случае нужно постулировать градиент Фатьяново -> Баланово -> Абашево -> Синташта -> Петровка -> Андроново; во втором внутриандроновская изменчивость непосредственно выводится из внутриката-комбной. Андроновские группы сибирского тяготения демонстрируют разные стадии «взаимной ассимиляции» мигрантов и домонголоидных автохтонов. Различия между федоровцами и алакульцами достоверны, но очень малы. Особая роль петровской группы в возникновении алакульской традиции анализом не подтверждается.
Ключевые слова: Южная Сибирь, Восточная Европа, эпоха поздней бронзы, андроновская культура, федоровская традиция, алакульская традиция
Origin of the Andronovans: A Statistical Approach
A.G. Kozintsev
Peter the Great Museum of Anthropology and Ethnography (Kunstkamera), Russian Academy of Sciences, Universitetskaya nab. 3, St. Petersburg, 199034, Russia
The origin of the Andronovo population is explored using a statistical rather than typological approach. Four questions are raised. Which Eastern European populations of the Middle Bronze and the transition to the Late Bronze Age had taken part in Andronovo origins? What was the contribution of the southern groups? What was the role of the autochthonous Siberian substratum? What was the population background of the dichotomy between two major Andronovo cultural traditions, Fedorovka and Alakul? To address these questions, measurements of 12 male Andronovo cranial samples (nine relating to Fedorovka and three to Alakul) and 85 male cranial samples from Eastern Europe, Siberia, Kazakhstan, Southwestern Central Asia, Southern Caucasus, and the Near East were subjected to canonical variate analysis, and minimum spanning trees were constructed. The results suggest that the most likely ancestors of Andronovans were Late Catacomb tribes of Northern Caucasus, people of Poltavka, Sintashta, and those associated with the Abashevo-Sintashta horizon. While no direct parallels with Southern Caucasian, Southwestern Central Asian or Near Eastern populations were found among Andronovo groups, some of them could have inherited the southern component from either the Abashevo or the Catacomb people. In the former case, one should postulate a gradient: Fatyanovo -> Balanovo -> Abashevo -> Sintashta -> Petrovka -> Andronovo; in the latter case, the variation within Andronovo is directly derivable from that among the Catacomb populations. Andronovo groups displaying an autochthonous Siberian tendency demonstrate various degrees of “mutual assimilation” between immigrants and pre-Mongoloid natives. Differences between the Fedorovka and Alakul samples are significant but very small. A special role of Petrovka in the origin of Alakul is not supported by the analysis.
Keywords: Southern Siberia, Eastern Europe, Late Bronze Age, Andronovo culture, Fedorovka tradition, Alakul tradition
