Проход по ссылкам навигации


Археология Алтая: по следам Владимира Кубарева

Международный научный семинар «АЛТАЙ В КРУГУ ЕВРАЗИЙСКИХ ДРЕВНОСТЕЙ» памяти В.Д. Кубарева за три дня попытался географически и хронологически охватить все «алтайские» темы, которыми занимался Владимир Дмитриевич на протяжении всей жизни – от каракольского наскального искусства до погребальных сооружений Казахского и Монгольского Алтая, от каменного века до эпохи бронзы и более позднего времени. В семинаре приняли участие 30 ученых из десяти городов ближнего и дальнего зарубежья.

Каракольские петроглифы

После открытия Кубаревым в 1985 году удивительных по сохранности и художественной выразительности изображений на могильных плитах в селе Каракол, возник вопрос, могут ли быть подобные рисунки на скалах Горного Алтая. Исследователь Елена Миклашевич рассказала, что к настоящему времени в наскальном искусстве Алтая сформировался отдельный, хотя и очень малочисленный, корпус источников эпохи бронзы, которые могут быть связаны с каракольской культурой.

«Не вызывают никаких сомнений в принадлежности к каракольской культуре «сонцеголовые» и «быкоголовые» образы на скалах Калбак-Таша, Бичикту-Бома и Торгуна. – пояснила она. – Другие фигуры – «бегуны» Чаганки или антропоморфные персонажи Зелёного Озера – не тождественны им, но сходны по некоторым деталям. Больше всего вопросов вызывают зооморфные образы, не имеющие стилистических аналогий».

Исследователь отметила, что удивляет малочисленность каракольских изображений среди огромного количества наскальных рисунков Горного Алтая. Например, знаменитый памятник у с. Бичикту-Бом находится всего в нескольких километрах от места раскопок Кубарева в с. Каракол, но среди тысяч разновременных петроглифов ничего похожего на каракольское искусство там не обнаружено. Причин такой ситуации может быть несколько.

Во-первых, многие плиты с петроглифами наклонены изображениями вниз и после падения подобные рисунки, скорее всего, были уничтожены. Во-вторых, прямо на древних рисунках ученые неоднократно обнаруживали выбитые поверх и перекрывающие их более поздние изображения.

Кроме того, под открытым небом многие века сохраняются только петроглифы глубокой обработки – гравировка, выбивка, прошлифовка – а рисунки, процарапанные на поверхности или нанесенные сухой либо жидкой краской, неизгладимо стирает время. Правда, недавно современные цифровые технологии все же позволили ученым рассмотреть нарисованного пигментом солнцеголового человека, найденного в 1980-е годы у с.Озерного. Практика показывает, что новые технические возможности позволяют расширить ареал исследований.

Борцовское снаряжение на каменных изваяниях

Отдельный большой интерес и огромные усилия Владимира Кубарева были связаны с алтайскими каменными скульптурами, которых он немало находил в разных регионах Алтая. Теме классификации этих изваяний начала II тысячелетия н.э. посвятил свое выступление сотрудник ИАЭТ СО РАН Юрий Плотников.

– Когда я был в отряде Кубарева в 1979 году, мы нашли около 30 каменных изваяний, – вспоминает докладчик.

Исследователь предположил, что доспехи каменных изваяний являются не отдельными элементами военного снаряжения, а целой системой, соединенной между собой разнообразными ремнями. Так, кожаные поножи держали голенища высоких сапог-ботфортов, а сверху тело половецкого воина было защищено кольчугой и ремнями с массивными бляхами, которые вполне могли защитить от удара копья.

Главный вопрос, по мнению ученого, вызывает то обстоятельство, что на каменных изваяниях, за редчайшими исключениями, изображались только крепления, без самих доспехов. При этом, по его мнению, на половецких изваяниях весьма точно передан средневековый комплекс борцовского снаряжения: шлем, сапоги и крепёжные ремни. Может быть, человек, изображенный на изваянии, оказался в ситуации, когда он должен был снять доспехи?

– Богатыри-поединщики – высшая страта воинского сословия, герои, облик которых заслуживал увековечения в скульптуре, – резюмирует исследователь. – Поединок доблестных мужей, сошедшихся в борцовской схватке без оружия перед началом сражения, был древней воинской традицией. Таких примеров в литературе я нашел десятки. Достаточно вспомнить кожемяку Яна из «Повести временных лет», удавившего в могучем захвате печенежина, или князя Мстислава, который боролся с Редедей и зарезал его пред полками касожскими.

В средневековой литературе известны многочисленные описания, в которых герои перед схваткой снимают стесняющие движение предметы боевого облачения. А сегодня рудименты защитного доспеха в национальных видах борьбы встречаются по всей Евразии.

Трепанация и музыкальные инструменты
у древних тюрков

Изучение древних культур Алтайской горной системы было основным направлением деятельности Владимира Кубарева. Изыскания казахских исследователей на могильниках Берел и Каракаба в Казахском Алтае, по словам руководителя этих исследований Зайноллы Самашева, развивались в русле его научных взглядов.

Наиболее богатыми по числу и качеству находок традиционно остаются погребения, расположенные в вечной мерзлоте. Вместе со своими коллегами из Института археологии им. А.Х. Маргулана (Астана) в прошедшем полевом сезоне Самашев обнаружил на территории Казахского Алтая два погребальных комплекса раннесредневековых кочевников: Берел (II-V в. н.э., 1200 м над уровнем моря) и Каракаба (VIII-IX в. н.э., 1750м).

Раскопки в Берельской долине производились неподалеку от «царского» пазырыкского кургана, который был исследован международной группой ученых под руководством Самашева в конце 1990-х гг. Погребение пазырыкской знати содержало богатейший материал, изучение которого привело к необходимости продолжить раскопки на сопредельных территориях южного Алтая.

Интерес исследователей вызвали не только найденные в Береле артефакты – кинжал-нож, кованые кольчатые удила, бусы, пуговицы, подвески, косметическая щетка, обломок ханьского зеркала, гребень, предметы одежды и утвари – но и особенности погребального обряда. Так, например, боевой лук был положен не в могильную яму воина, а вместе с его отдельно захороненным конем.

В комплексе Каракаба обнаружены двое погребенных с трепанацией черепа, связанной с культом шаманизма. Это редкий случай прижизненного просверливания (трепанации) идеального круга на теменном участке черепной коробки, зафиксированный сразу в двух древнетюркских погребениях. Судя по наросту по краям маленьких трепанационных отверстий, после медицинских манипуляций человек жил еще некоторое время. Допустимо предположить, что такие операции делали при совершении шаманского обряда «избранничества». Скорее всего, они связаны с особой формой общения с небесными божествами – избранники духа таким образом получали информацию свыше. В настоящее время эти находки, кроме археологов, изучают антропологи и нейрохирурги.

В пяти раскопанных курганах Каракабы были найдены также деревянные фрагменты трех музыкальных струнных, возможно, смычковых, инструментов. Эти находки говорят о сакральной роли музыки в культурном комплексе ранних тюрков-кимаков и о большой роли шаманизма в их жизни. Геофизическое исследование могильников показало, что в исследованных комплексах залегают еще десятки артефактов, которые ученым еще предстоит обнаружить в ближайшие годы.

Подводя итоги мероприятия, доктор исторических наук из СпбГУ Дмитрий Савинов отметил, что уровень всех прочитанных докладов был неизменно высоким, и практически каждый из них содержал интереснейшие новости и демонстрировал глубокий научный анализ исследуемой тематики.